NME - MUSE: Разоблачение

Дата: 18.09.2001
Тип: Перевод
Автор: Siobhan Grogan

Они не помнят, когда в последний раз спали на кровати без колесиков, а их печенки стонут от парацетамола. Жизнь в группе Muse бьёт ключом.

На завтрак — телешоу, на обед — презентация сингла, на ужин — концерт. Все это — в разных городах.
Ударник Дом Говард накануне махнул лишнего и теперь мучается головной болью, к басисту Крису Уолстенхолму приехали родственники, а солист Мэтт Беллами купил себе новую гитару и так и хочет поскорее ее опробовать.
Но, несмотря на большую занятость, музыканты нашли время и отвечают на вопросы читателей NME.

Какой подарок, полученный вами от фанатов, был самым дорогим, самым дешевым, самым странным?
Лорен Хейдон, по e-mail
Крис: Мне все время достаются туфли, которые зрители бросают нам на сцену на каждом концерте. Не знаю, что они хотят этим сказать.
Мэтт: Самые дешевые подарки — конфеты. А однажды какой-то парень хотел мне подарить свою девушку. А еще как-то раз мне преподнесли такую штуку, которую разводят в молоке и пьют, чтобы потолстеть. Но эти, я думаю, были просто не в себе.
Дом: В Японии нам всем подарили классную одежду, а Крису — целый ворох всяких шмоточек для его сына Элфи.

Какая группа на данный момент нравится вам больше других, и есть ли такая начинающая группа, за которую вы бы хотели замолвить словечко?
Марк, Свэнси
Дом: Джимми Хендрикс, Band of Gypsies — спрашивайте в магазинах города!
Мэтт: Мне нравится новый альбом группы Weezer — короткий и простой. Сначала он мне не понравился, а потом прямо как будто пробило. Это я к тому говорю, что NME про этот альбом не сказал ни одного доброго слова. Не знаю даже, я все ищу чего-то такого взрывного, живого, нового, а все оказывается каким-то (морщится и делает несчастливое лицо) английским, скованным и не оторванным. Понимаете, что я имею в виду? Хочется побольше рока!..

Почему ваш новый альбом называется Origin of Symmetry?
Хелен, Эдинбург
Мэтт: Многие песни на альбоме — о том, что нужно жить проще. О том, что из-за разных вещей, которыми мы себя окружаем, — ну, там, имущество, работа, — мы чувствуем себя так, будто попали в ловушку. Вот я, например, всю жизнь пишу музыку и из-за этого пребываю в блаженном состоянии простоты. Когда играешь на пианино или еще на чем-то вроде этого, все остальные вещи вокруг исчезают, а когда их нет рядом, о них можно писать с объективностью.

Мэтт, расскажи мне про себя что-нибудь такое, чтобы я перестала мечтать о сексе с тобой.
Дженна Дж., Род-Айленд, США
Мэтт: У меня абсолютно вонючие ноги, и находиться рядом со мной — это просто себя не уважать. Во время гастролей я меняю носки каждый день — нет, правда! — и каждый вечер их выкидываю, а еще брызгаю в ботинки дезодорантом и даже ноги мою.
Дом: Да, правда, они у него воняют.
Мэтт: А еще я худой до смешного. И роста невысокого.

Крис, когда ты подстрижешься?
Мэнда, Лос-Анджелес, США
Крис: Может, когда-нибудь и подстригусь. Все равно волосы мотаются по всему автобусу. А еще можно вплести туда такие золотые косички — ну, как-то их приукрасить…
Дом: А я вот подумал, не выбрить ли ему там маленькую плешь — чтобы поблескивала.

Что у вас сейчас лежит в карманах?
Мэтт, США
Мэтт: Ключ от автобуса.
Дом: Зажигалка, пара ручек…
Крис: Какие-то пропуска.
Дом: Парацетамол.
Крис: Номерок на очередь в окно информации на вокзале.
Дом: А еще #9,26 мелочью.

Каким был для вас это год в личном плане?
Джезмин Сэнга, Кент
Мэтт: У меня все совершенно переменилось. Я потерял всех своих друзей, свою девушку, и теперь — хух! — жизнь прекрасна! Я сам хотел все это потерять, потому что иначе не мог почувствовать себя самим собой. Раньше люди думали, что я очень тихий человек, а теперь-то я совсем не такой; да я и не был таким, просто мне от всего было скучно и очень хотелось, чтобы люди немного расслабились и начали наслаждаться жизнью. Я сам сконструировал себя новую жизнь и теперь могу делать все, что ни пожелаю. И друг с другом мы стали откровеннее. Я вот, например, видел член Дома в возбужденном состоянии и видел, как он разряжает все это дело на задницу какой-то девицы. Представляете, каково? А ведь я все это только что придумал.
Дом: Да, то, что Мэтт рассказал, — неправда. Но мы действительно стали свободнее и увереннее в себе.
Крис: А у меня в декабре родится новый ребенок, и ребята говорят, что это будут близнецы.

Если бы в вас могла вселиться душа какого-нибудь умершего музыканта, то чью бы душу вы предпочли? А кого из ныне живущих вы бы с удовольствием прикончили или хотя бы как следует вздули?
Йанги, по e-mail
Мэтт: Какое странное сочетание вопросов. Я бы стал Элвисом Пресли.
Дом: Джимми Хендрикс.
Крис: Кейт Мун или Деннис Уилсон, потому что это типа одно и то же.
Мэтт: Я бы, пожалуй, убил Саддама Хусейна. Он уже всех достал.

Как у вас до сих пор живы волосы после такого количества краски?
Гэз Марш, Дерби
Дом: Мои, наверное, скоро выпадут. Это всегда случается с теми, кто слишком часто красит волосы. Они вообще-то уже какие-то тонкие.
Мэтт: Нужно, чтобы на голове всегда был естественный жир и сера. Намазываешь волосы воском для волос, и он помогает вырабатываться натуральному жиру, и все это перемешивается. А после всего этого главное — не мыть голову. Грязь защищает волосы.

Что вы отвечаете тем, кто сравнивает вас с Radiohead?
Адам Лемалль, Лланраст
Мэтт: Вопрос про волосы мне понравился больше. Я не очень-то задумываюсь о том, похожи ли мы на них.
Дом: Я хочу их завалить! Ба-бах! Нокаут.

Что для каждого из вас является личной музой?
Моника, по e-mail
Мэтт (изображая монстра-мутанта) : Бесконечное желание поглотить как можно больше за недолгий срок жизни на этой земле.
Дом: Я люблю путешествовать, хочу увидеть все, что только можно, и получить от жизни все, что в ней только есть.
Крис: А для меня самое главное — увидеть, как вырастет мой сын.

Неужели твоя рубашка в клеточку до сих пор не завонялась?
Мэтт, Гилфорд
Мэтт: Вот эта? (Нюхает) Да, завонялась. И даже очень.

Если бы у вас родился ребенок, как бы вы его назвали?
Дженнифер Шайерс, Нью-Молден
Мэтт: Если мальчик — Мозес. Кейн. Если девочка… Алисия. Красиво.
Дом: Может, Джудит…
Мэтт: Джудит?!
Крис: А у меня уже есть один ребенок, но мне нельзя раскрывать его имя. И к тому же, по-моему, это дурная примета — говорить людям, как собираешься назвать ребенка, до того, как он родился.

Как вы относитесь к группи — положительно или отрицательно?
Мария, по e-mail
Мэтт: Положительно. Я испытываю к ним глубокое уважение. Серьезно. Все зависит от того, что вкладывать в это понятие. Я не имею в виду тех девушек, которые хотят секса, — я говорю о тех, кто просто болтается рядом с нами и веселится. С ними ездить по гастролям — сплошное веселье. Ничего извращенного в этом нет. Я же не говорю, что дело тут в сексе.

Какой была первая песня, которую вы научились играть?
Джули Деллер, Миддлсекс
Мэтт: Тема из телесериала “Dallas”. Когда мне было около трех, мой брат держал меня перед телевизором, а потом сажал за пианино и заставлял подбирать тему одним пальцем. А потом показывал меня своим друзьям и говорил: “Смотрите, он — машина”. Так меня все детство и носили — от телевизора к пианино.

Моя бабушка говорит, что у тебя, Мэтт, злое лицо. Каким был твой самый злой поступок?
Энон, по e-mail
Мэтт: Я подбил всех своих друзей, у которых были девушки, воспользоваться услугами проституток, а сам этого делать не стал. Просто я сказал им, что это круто, и они это сделали, а вот я не сделал. Потом мне было стыдно. Думаю, некоторые из них попали в страшно неловкую ситуацию из-за этого.

Назовите самую дурацкую привычку каждого участника вашей группы.
Талия, Мюзет
Мэтт: Я хожу все время взад-вперед.
Дом: У Мэтта синдром Туретта , я ему сам поставил диагноз.
Мэтт: Но не в очень сильной форме. Хотя иногда меня разводит как следует: говорю, говорю — и вдруг как начну заикаться и ругаться матом!
Крис: Дом всегда последний. Всегда и во всем. Последним приходит и последним выходит из здания.
Дом: А Крис зато пьет, как сапожник, и по утрам похож на медведя.

Говорят, во время последнего тура вы без конца устраивали суперпьянки. Дайте какой-нибудь совет тем, кто собирается организовать оргию.
Мэтт, по e-mail
Мэтт (вдруг выпрямившись и заинтересовавшись) : Это очень легко. Главное, чтобы было что-нибудь новенькое. Это просто офигительно легко. Все, что нужно, — это маски или шляпы. Как только люди надевают на голову нелепые шляпы, они начинают чувствовать себя свободнее. Потом нужно, чтобы какая-нибудь влюбленная парочка начала на глазах у всех страстно обниматься. А пока они обнимаются, все остальные начинают друг друга щекотать. В результате все друг друга щекочут и попарно обнимаются, а там уж все идет как по маслу. Вот как все просто. Обнимание, щекотка и немного новизны.